Сб. Дек 3rd, 2022

чт, 01/09/2016 — 16:58

На прошлой неделе в Уральске с молодежью встречался автор известного двухтомника «Ситуативный казахский» Канат Тасибеков. От многих других авторов литературы подобной тематики Канат Галимович отличается тем, что сам заговорил по-казахски всего несколько лет назад. Его опыт в изучении языка свеж, подход к понимаю сути процесса прогрессивен, а методы работы со словом – увлекательны. За что люди полюбили книги Тасибекова, которых продано 25 тысяч, мы попытались выяснить в эксклюзивном интервью. 
 

– Канат Галимович, Вы готовите к выпуску третий том «Ситуативного казахского». Какую форму для своего труда выбрали на этот раз?  –  Это будет ситуативный казахский словарь. В данный момент материал проходит редакторскую правку, корректуру и верстку. Я планирую выпустить книгу в октябре к 100-летию моего отца  Галима Жабиевича Тасибекова – советского, партийного работника, участника Финской, Японской и Великой Отечественной войн. Все три мои книги посвящены памяти родителей.  –  Это будет словарь в традиционном понимании? – Скорее, сборник из 4 тысяч выражений, которые человеку нужны для обычной разговорной речи. Когда человек пытается говорить на казахском языке, первое время он думает на том языке, к которому привык. И поскольку я убежден, что, выучив слова и правила, по которым эти слова нужно составлять в предложения, заговорить на другом языке невозможно, я предлагаю своему читателю заучивать готовые фразы –  аналоги тех, что он постоянно крутит в голове. У каждого языка своя логика, свои речевые штампы, модели речевого поведения. К примеру, при встрече с другом, которого давно не видел, русскоязычный человек скажет: «Сколько лет, сколько зим!» По-казахски – «Канша жыл, канша жаз!» – не говорят. Но вот   «Көрмеген не заман!» – отлично подходит. Я не филолог, и это отчасти помогает мне в работе, потому что не заморачиваюсь над тем, фразеологизмы я перевожу или идиомы, пословицы или междометия. Я просто записал все, что приходит в голову человеку в разговорной речи и разместил в удобном порядке. Без этих фраз невозможно говорить. С ними очень легко передавать свои мысли, поэтому их интересно учить. Хрестоматийное выражение «Айналайын, сенің арқанда күн көрем» дословно (в моей интерпретации)  переводится: «Я кружусь вокруг тебя, на твоей спине вижу солнце». Но по-русски означает: «Милая, я существую благодаря тебе». Таких эквивалентов ни в одном другом ныне существующем словаре вы не найдете.  Когда я был в российской столице по приглашению Национальной культурной автономии казахов Москвы с презентацией своей книги и мастер-классами для студентов МГУ и РУДН,  работал над третьим томом своей книги и поэтому отправился в крупные книжные магазины и Ленинскую библиотеку. Каких только словарей в русском языке я не встретил: словарь говоров Поволжья, словарь обсценной лексики, словарь сочетаемости слов и т.д. У нас в стране есть много отраслевых словарей и на этом, в общем-то, и все.  –  Почему, на Ваш взгляд, после изучения государственного языка в течение 11 лет в школе дети так и не владеют им на должном уровне?  – В основе этой проблемы множество причин. Первая – мы не можем создать среду. Я считаю, что в первую очередь казахскому языку должны научиться казахи. Я слышу, как люди говорят, что не знают язык, так как нет особой потребности. И у меня так же было. Но я сел и выучил, потому что убежден, что казах не является казахом, если не говорит на казахском языке. Это нужно признать. Мы – народ кочевой культуры и образ хозяйствования не позволял нам возить тысячи томов литературы с собой. На протяжении многих веков вся культура народа хранилась в языке, поэтому не знать языка, значит, не знать своей культуры. Русский или китайский никогда не исчезнут, потому что есть огромные державы Россия и Китай. А вот где кроме Казахстана живет казахский? Нигде. И мы должны с этим считаться.  Второй момент: мы учим казахский язык по иностранным методикам. Но, ведь он не суахили или японский, чтобы так рьяно начинать с фонетики. «Губы надо вот так, язык вот так…» – учат нас учебники. Всю охоту говорить отбивают. Когда я жил во Франции, говорил с акцентом. Французы меня прекрасно понимали, и убеждали, что волноваться по поводу произношения не стоит. А у нас в языковых лагерях как? Дети приезжают на 7 дней, к ним выходит преподаватель и начинает со своей грамматики: септiк жалғау и т.д. Я не хочу принизить роль педагогов, но чему с таким подходом можно научить? Первым делом при встрече с русскоязычными ребятами я учу их правильно здороваться, отвечать на вопрос: «Хал калай?» Кто-то выдумал ответ: «Орташа». Но ведь в исконном казахском языке такого нет. «Жақсы», «Өте жақсы» или «Керемет» – вот грамотные, с точки зрения лингвистики и философии языка, ответы.  Мне кажется, мы испытываем проблемы в обучении языку из-за отсутствия дифференциации по признаку: для каких целей это нужно. Есть разные группы людей с разными целями. Кому-то нужен бытовой, кому-то официальный, кому-то литературный язык. Моя методика рассчитана на конкретную категорию людей: русскоговорящих, взрослых, в привычной степени образованных. Это позволяет мне давать аудитории нужный, интересный и легко запоминающийся материал.   – А Вы не планируете разработать сборник для детей? 

– Нет, поскольку работа с детьми – это большая ответственность. Пусть этим занимаются специалисты. Я, по большому счету, не отношу свою книгу к разряду учебников. Это иллюстрация моего личного опыта в изучении языка. В ней все то, что изучил я.  Не думал, что книга станет популярной среди читателей. Но ее заметили. Сегодня  вхожу в рейтинг самых читаемых авторов Казахстана. Мой труд отмечен. И я бы хотел продолжить в одном из жанров художественной литературы.  

– Сегодня миром правят IT-технологии. Как насчет мобильного приложения для изучения языка по мотивам ваших книг?  – Это было бы здорово. Люди получили бы возможность услышать правильное произношение слов и фраз, которые я предлагаю к изучению. Плюс, это облегчило бы поиск нужной информации. Иногда сам в собственной книге не могу найти тот или иной материал из-за большого объема. Мои книги люди часто используют как справочник в повседневной жизни, когда, к примеру, идут в дом, в котором случилась утрата. Однажды глава семьи, к которому должны были приехать сватья, велел отправить родственникам мою книгу, чтобы те знали наверняка, как правильно говорить. У меня в первом томе около 1000 выражений на тему традиционных ситуаций, в которых обязательно нужно говорить на казахском языке. Во втором – еще столько же информации относительно тем, которые часто обсуждаются на казахском языке: национальные отношения, судьба страны, языка, народа. И третий том – словарь ярких самобытных изречений. Есть фирма, которая заинтересовалась этим материалом с прицелом на создание мобильного приложения. Но пока это только идея. А вот первый том книги «Ситуативный казахский» можно легко найти в интернете. Kaspi bank профинансировал его выпуск в электронном формате, доступном для скачивания.  – Вам приходится слышать много критики в свой адрес? – Критика встречается, но, по большей части, неконструктивная. Я пишу про обычаи,  поэтому любой выросший в лоне казахского языка считает, что знает эту сферу лучше и может кинуть в меня камень. Еще я встречаю скептицизм по принципу: «Кто такой, откуда взялся?» Мои прогрессивные подходы к изучению языка не всем понятны. К примеру, я всегда говорю, что для изучения казахского разговорного языка не нужна грамматика. Филологи сразу на меня с палками, мол, нужна!  Но те, кто изучили язык самостоятельно, со мной соглашаются. У нас 11 лет в школе и 4 года в институте учат грамматику, а как сказать: «Передай соль!» – не знают.  – А с чего прямо сегодня Вы предлагаете начать желающему заговорить по-казахски? – Я предлагаю учить только то, что на самом деле нужно в жизни. Родился у подруги ребенок? Скажите пару сопутствующих слов для мамы и малыша на казахском языке. Я не вижу больших перспектив в том, чтобы заучивать диалоги «как расплатиться в такси» или «заказать по меню». Нужно начинать с тех ситуаций, в которых иначе нельзя.  – Вам удалось пообщаться со многими людьми в Уральске. Как Вам наш город?  

– Я был участником  международного лагеря «Бiрлiк-Единство.кз», организованного под эгидой Ассамблеи народа Казахстана, и мне очень понравилось, что у вас в регионе собрались единокровные наши братья из Самары, Саратова, Астрахани, Волгограда и даже Кыргызстана. Проводил для ребят мастер-класс по своей методике, и  мы много говорили о философии языка. На личном примере я показал, что моя методика самостоятельного изучения работает. Я тому живое подтверждение. Казахский язык – это «бездонный и безмерный этнолингвистический океан», как говорил заслуженный работник культуры Казахстана Герольд Бельгер. Поэтому всем нам нужно совершенствовать свои знания. И мой третий том,  думаю, будет не окончательным. Со временем я его доработаю и дополню, чтобы он полностью отвечал запросам читателя. 

Канат Галимович Тасибеков родился 24 июля 1959 года в Целиноградской области. Учился в русской школе, закончил Алма-Атинский зооветеринарный институт со специализацией по коневодству. C 1977 по 1981 год был чемпионом Алма-Аты по боксу, кандидатом в мастера спорта СССР. Работал в Целиноградском СХИ. В 1985 году поступил в аспирантуру Тимирязевской сельскохозяйственной академии в Москве, защитил диссертацию по спортивному коневодству. С 1994 по 1998 год по программе «Болашак» обучался в Бургундском университете во Франции. Возглавлял предприятие, поставляющее кормовые добавки. Награжден медалями «Тiл жанашары» и «Бiрлiк». В данный момент занимается писательской деятельностью. 

от admin